Соусник. Крупп фон Болен и Хальбах

Склеймом с медведем на донной части. Тисненое клеймо на основании - надпись "A.Krupp." прервана изображениеммедведя в круге. Мельхиоровый сплав, "немецкое" серебро. Оригинальный предмет 30-ых годов, привезенный в СССР в качестве трофея. Хорошеесостояние. Вполне может послужить по прямому назначению и в нашидни...

Крупп фон Болен и Хальбах

Когда наследница крупповской фабрики Берта Крупп весной 1906года вышла замуж за советника посольства Густава фон Болена и Хальбаха, тотобратился к кайзеру с просьбой присоединить к своему имени имя Крупп. Такимобразом великое имя сохранилось не только в названии фирмы, но и сталосвязываться с понятием предпринимательства.
Густав фон Болен и Хальбахпроисходил из семьи, владевшей крупными кузнечными заводами на бергской земле. Впериод около 1800 года эта семья была одной из самых богатых и стояла во главевсех фирм, занимавшихся экспортом. Дедушка Густава в 1810 году в качествепредставителя свой фирмы уехал в Америку, основал в Филадельфии дочернеепредприятие и в 1840 году со своей семьей вернулся в Германию. Его сын Густавфон Болен и Хальбах, проживавший на земле Баден, поступил там на дипломатическуюслужбу и с 1862 по 1872 год был послом земли Баден в Гааге. Один из его семисыновей, носивший также имя Густав, родившийся в 1870 году в Гааге, ставшийвпоследствии во главе заводов Круппа, посещал гимназию в Карлсруэ, потом училсяв Лозанне, Страсбурге и Гейдельберге, где он получил ученую степень поспециальности “право и общественно-политические науки”.
Он имел хорошуююридическую подготовку. Три месяца, проведенные им в США, еще больше расширилиего кругозор. По примеру своего отца, он посвятил себя дипломатической службе.Проработав полгода в министерстве иностранных дел земли Баден, в январе 1898года он перешел в Министерство иностранных дел в Берлине.

После службы в Берлинеего назначают секретарем немецкого посольства в Вашингтоне и немецкой миссии вПекине, и наконец он становится советником посольства при русской миссии вВатикане. В период между его службой в Пекине и Риме он заканчивает практическийкурс дисконтного общества <Дисконтное общество - общество по учетувекселей.> в Берлине, чтобы лучше разбираться в современном банковскомделе.
В 1907 году Густав фон Болен вступает в фирму в качестве заместителяпредседателя Наблюдательного совета, но потребовалось некоторое время, пока оносвоил эту отрасль и смог уверенно чувствовать себя в ней. В 1909 году Гартман(скончавшийся через год, в 1910-м) передает ему свою должность председателяНаблюдательного совета. Почти в это же время из дирекции уходит Ретгер, чтобызанять пост председателя Центрального союза немецких промышленников в Берлине.Именно Крупп фон Болен по занимаемой им должности должен был подобрать заменуушедшему Ретгеру, но ему не повезло с выбором.

Он остановился на кандидатуреХугенберга, рекомендованного ему Министерством финансов земли Рейнбаден.Хугенберг был известен своей успешной карьерой и солидным опытом работы нагосударственной службе и в банковском деле. Кроме того, он имел ученую степень;его руководителем в этой области был Георг Фридрих Кнапп из Страсбурга, личностьзамечательная. Кнапп относился к своим подопечным, как ваятель - с терпением илюбовью. К сожалению, ученик не унаследовал от учителя ни широты его взглядов,ни его удивительной чуткости к окружающим.

Хугенберг работал у Крупна фон Боленас прохладцей и сам замечал это. Свою службу в фирме Хугенберг начал с заключениядоговора с акционерным обществом, представлявшим Вестфальское проволочноепроизводство в Гамме, который он в общих чертах утвердил на заседанииНаблюдательного совета 23 января 1911 года. Специальное обоснование этогодоговора он получил от одного из директоров Круппа, Боденхаузена-Дегенера, укоторого односторонняя нетворческая манера работы Хугенберга вызывала глубокоенеприятие.
В ноябре 1911 года исполнялось 100 лет со дня образования фирмыКруппа. Юбилей, который в духе того времени должен был отмечаться с особеннойпышностью, был перенесен на август 1912 года, в котором должна была отмечатьсяеще одна дата - 100 лет со дня рождения Альфреда Круппа.
Крупп Празднованиеэтого юбилея, на которое было затрачено столько времени и столь огромныефинансовые средства, сорвалось, так как на второй день церемонии, в которойучаствовал кайзер со своей свитой, с Бетманом Хольвегом и другими министрами,произошел несчастный случай на шахте “Лотринген”, которая, собственно, невходила в число предприятий Круппа.
1913 год был тяжелым для фирмы Круппа,так как в этом году она вела затяжной судебный процесс, который отнюдь неприбавил ей славы. Этот год был не менее тяжелым и для австрийской ветвиКруппов: под натиском обстоятельств берндрорфский завод вынужден былпреобразоваться в акционерное общество. При согласии эссенской части семьиКрупп, которая была негласным компаньоном этого предприятия, большинство акцийперешло во владение банка. Артур Крупп остался руководителем завода ипрезидентом Управленческого совета.
Официальное объявление об образованииакционерного общества было приостановлено из-за политических событий, связанныхс началом 1-й мировой войны. Только в июне 1915 года фирма “Берндорфский заводметаллических изделий. Артур Крупп. Акционерное общество” был внесен в Торговыйреестр.
1-я мировая война изменила жизнь фирмы Круппа, вся энергия уходилатеперь на непрерывные поиски резервов, так как нехватка их ощущалась во всем: врабочей силе, продовольствии, сырье, строительных материалах и транспортныхсредствах. Насколько же велик был военный психоз, что даже Крупп фон Болен вопьянении первыми военными успехами в 1914 году присоединил свой голос ктребованиям большинства продолжать войну до победного конца. Он даже направилгосударственному секретарю фон Ягову, которого знал еще по дипломатическойслужбе, докладную записку с изложением своей точки зрения на цели войны. НоКрупп фон Болен недолго поддерживал эту линию, вскоре он стал в ряды сторонниковмирной политики Бетмана Хольвега. В июне 1915 года, обращаясь к шефуГражданского комитета фон Валентини, он писал: “Я считал бы - мягко говоря -большой политической ошибкой” если бы война продолжилась хотя бы на один деньдольше того срока, который необходим для достижения безопасности, упомянутой вречи господина канцлера 28 мая сего года”. Война в целом способствовалаувеличению доходов промышленности, но фирма Круппа все свои средстваизрасходовала на сооружение мощных установок, которые вряд ли нашли быприменение в мирное время.

Военные заказы выходили часто за рамкиразумного.
В целом немецкая промышленность выдержала то напряжение, в которомей пришлось работать в течение четырех лет войны, но ее снабжение сырьем все этигоды было явно недостаточным. Нехватка селитры могла бы губительно отразиться наснабжении армии боеприпасами, если бы не был найден способ получения азотнойкислоты синтетическим путем. При проведении этих опытов неоценимую роль сыграласталь типа V2A, изобретенная на заводе Крупна, так как она была устойчива квоздействию азотной кислоты.
В результате военных условий развитие фирмыпротекало односторонне, и в ноябре 1918 года она находилась на пороге кризиса.После окончания войны нужно было заново оборудовать и модернизироватьмастерские. Часть мастерских, выполнявших так называемую Гинденбургскуюпрограмму, была оборудована для сборки железнодорожных вагонов и локомотивов.Перестройка производства на мирную продукцию требовала от Круппа фон Болена,председателя Наблюдательного совета, личного активного участия; и хотя легла напроизводство тяжелым финансовым бременем, ему самому она принеслапопулярность.
С Хугенбергом Крупп расстался в 1918 году и заменил его ОттоВидфельдом, специалистом в социальной и экономической политике. Благодаря егомиротворческой деятельности во время рабочих волнений в кайзеровской ГерманииВидфельд пользовался доверием как со стороны профсоюзов, так и центра; пришедшеек власти новое республиканское правительство оценило его знания и умениеработать и неоднократно предлагало в министерстве разные должности. В мае 1922года Видфельд был назначен немецким послом в Вашингтон.
Новая послевоеннаяпроизводственная программа хотя и оправдывала себя, с технической точки зрения,но была неэкономична и стоила дорого (производство локомотивов, средствпередвижения, сельскохозяйственных машин, аппаратов). За время войны фирмапотеряла свои старые рынки сбыта. Крупномасштабная индустриализация,осуществлявшаяся в военные годы, привела повсюду, и, главным образом, за океаномк протекционизму, поощрению отечественной промышленности посредством премий ипривилегий. Часто Круппу приходилось заниматься экспортом продукции посебестоимости товаров, если он хотел вернуть фирме былую мировую славу и датьработу коллективу, численность которого понемногу стала приближаться к уровню1914 года. Несмотря на то, что в восстановительных работах послевоенного периодачасть населения имела работу, в общем, картина была неутешительной: степеньзанятости на производстве в Рурской области, как и во всей немецкойпромышленности, была крайне низкой.

Демонстрация рабочих заводов Крупна вПасхальное воскресенье, на которой они протестовали против предоставлениярабочих мест иностранцам, в частности французам, закончилась трагически: убито13 рабочих, арестован и осужден Крупп фон Болен и 8 его директоров. Выступившийв рейхстаге Пауль Лебе осудил действия судей, сказав:
"Я не завидую судьям,которые имеют совесть, какую они продемонстрировали нам. В нравственномотношении мы не можем рассчитывать на них, пусть их решение останется на ихсовести, но я не могу смириться с ненавистью, которая возникает между двумянародами и становится все глубже”.
В конце концов через четыре месяца всеосужденные были освобождены. Между тем выступления рабочих и инфляция совершеннорасшатали основы фирмы. По первоначальному балансу потери составили 59 миллионовмарок. Председатель Наблюдательного совета Крупп стоял перед трудным решением:или закрыть фабрику, как ему советовала его дирекция, или дать возможностьсуществовать, объединив ее с другими сталелитейными заводами, войдя в союз сфирмами, представляющими тяжелую промышленность Рурской области. Так или иначе,но закрытие нерентабельных предприятий и соответствующее увольнение целыхколлективов казалось неизбежным.
Фирма не смогла бы выдержать этого кризиса,если бы не помощь со стороны различных правительственных учреждений,государственного банка, Морского торгового общества и Дрезденского банка. Еще небыл забыт крах Штиннес-концерна. Правительство Германии связало свою помощь сусловием восстановления в течение полутора лет рентабельности заводовКруппа.
Политика сокращения производства, которую фирма вынуждена былапроводить, осуществлялась под руководством главного директора фабрикиВидфельдта, вернувшегося из Вашингтона; она не являлась выходом из трудногоположения, поскольку оздоровление производства сочеталось с увеличением числабезработных в Эссене. Крупп фон Болен продолжал искать выход и в августе 1925года одобрил план, предложенный Видфельдтом, предусматривавший санациюпроизводства путем привлечения в него английского капитала. Правительство же,заинтересованное в решении вопроса занятости населения в густонаселенном Рурскомрегионе, разыгрывало английскую карту.
Эта идея уже обсуждалась в 1921 годуШтреземаном, Видфельдтом и Розеном, министром иностранных дел. Штреземанвыступал тогда с одобрением этого плана, но Видфельдт отклонил его. “Меня, какВы знаете, очень озадачивает такой подход к политической и экономическойпроблеме. Тревожит это и в общем виде и в частности применительно к фирмеФридриха Крупна”, - писал Крупп фон Болен Видфельдту. Оценивая эту ситуациюретроспективно, финансовый директор фирмы Крупп писал в 1961 году следующее: “Ивсе же такой выход был бы правильным. Хотя трудно представить себе, какизменилась бы наша история, если бы Англия получила доступ к Рурскому бассейну.Думаю, что тогда не было бы оккупации. Не было бы инфляции, стабилизировалась бывалюта. Мы избежали бы разорения нашего среднего сословия, реакция не была быстоль радикальной и не было бы почвы для правых и левых экстремистов”.
Вбеседе, состоявшейся 1 марта 1922 года, Ллойд Джордж напомнил своему собеседникуВидфельдту, что они уже обсуждали проблему сотрудничества немецких и английскихфирм в 1908 году в Берлине: “Но вас, немцев, невозможно было убедить”.
Всентябре 1924 года в Берлине состоялись переговоры между авторитетнымианглийскими парламентариями, с одной стороны, и рейхсканцлером Лютером,министром иностранных дел Штреземаном и бывшим министром промышленности фонРаумером - с другой, в которых английская сторона выступила с предложением отесном сотрудничестве между немецкой и английской промышленностью. Англичанепредлагали “заключить соглашение, исходя из того, что Англия будет оказыватьподдержку немецкой промышленности и станет участником немецких промышленныхпредприятий. Англия стремится к сотрудничеству с Германией”. Причина этогоинтереса заключалась в том, что пропасть, разделяющая Англию и Франциюстановилась все глубже. Франция повысила свои таможенные пошлины и полностьюотгородилась от английского рынка.
Еще со времени своей службы в ВашингтонеВидфельдт был знаком лично с управляющим Английским банком Монтегю Норманом ирассчитывал на его содействие и содействие посла Штрамерса в решении этоговопроса. План продажи 50 % акций Круппа Англии при соблюдении права их выкупасемьей Круппа, которой они принадлежали, таил в себе большой риск, но и открывалбольшие возможности.
Невозможно сказать, как развивалась бы дальше Веймарскаяреспублика, оказавшаяся в изоляции и стремившаяся выйти из нее, заключив такоесоглашение с Англией.
После бесплодных переговоров директоров КруппаВидфельдта и Зорге с государственным секретарем фон Шубертом, рейхсканцлеромЛютером и министром экономики Нойхаузом, состоявшимся в начале сентября, планокончательно провалился. Он не был одобрен правительством, так как Штреземан,министр иностранных дел, придерживался другого направления, ориентированного наФранцию. Как известно, все надежды, которые он связывал с этим путем, неоправдались. Неудачи его французской политики, несостоявшееся подписание заранееразрекламированного договора в Локарно омрачили последние годы его жизни. Своеразочарование он выразил в речи, произнесенной им в рейхстаге в июне 1927 года:“Gallia, quo vadis?” (“Франция, куда идешь?”). Такое же чувство тревоги мыощущаем и в его послании к известному французскому журналисту Жюлю Сюрвену,датированное 8 июня 1929 года: “Если Бриан <Аристид Бриан - президент Франциитех лет.> не пойдет на уступки, считаю, что я проиграл. Тогда придет другой.Тогда пусть они поедут в Нюрнберг и посмотрят на то, что такое этотГитлер!"
Какое положение было у Круппа в неспокойной обстановке массовойистерии, вызванной фюрером?
Крупп фон Болен имел за плечами немалый опытдипломатической работы и понимал, что после переворота 1918 года к старомурежиму возврата не будет; необходимо было начинать сотрудничество среспубликанским правительством. В 1921 году Крупп стал членом Прусскогогосударственного совета и таким образом вошел в тесный контакт с берлинскимиполитиками, узнал президента Эберта, вызвавшего у Круппа глубокую симпатию своейманерой поведения - он держался естественно, уверенно и достойно. Тогда же онпознакомился с Вильгельмом II. Сравнение было явно не в пользу Вильгельма. Всеэто неспокойное время Крупп продолжал работать в берлинском правительстве,стараясь не поддаваться политическим эмоциям, во многом определявшим поведениеполитиков.
Весной 1924 года после опубликования плана Девеса Крупп писалБрокдорф-Рантцау: “Что касается меня, я сделал все, что мог, чтобы убедитьгоспод-политиков, стоящих у власти, что мы не можем обойтись без мнения,высказанного компетентным специалистом. В первый раз за многие годы я с радостьюувидел, что разумные доводы берут верх над необоснованнымипреувеличениями”.
После принятия законов Девеса большинством рейхстага Круппфон Болен стал председателем Наблюдательного совета Банка немецких ценных бумаг.Как и Карл Дуйсберг, с которым Крупп был дружен, он считался одним из самыхвлиятельных лидеров немецкой промышленности, а в 1931 году он сменил Дуйсбергана посту председателя Немецкого промышленного союза.
В последние днисуществования Веймарской республики на выборах президента Германии весной 1932года Крупп фон Болен официально заявил о своей поддержке кандидатурыГинденбурга. После избрания Гитлера канцлером Германии, происшедшего на законныхоснованиях, Крупп, следуя свой прежней линии, продолжал оставаться лояльным кновому правительству.
Возглавляя крупповский концерн, он, безусловно, не могне видеть наступившего оживления экономической жизни, уменьшения числабезработных, то есть того, что этому правительству удалось решение задач, накоторых споткнулась Веймарская республика. Вспомним, что в июне 1933 года вЭссене насчитывалось 68000 безработных и безработица являлась угрозойобщественному порядку.
Какое содержание партия, пришедшая к власти,вкладывала в слова “общественный порядок”, Круппу пришлось узнать 1 апреля 1933года, когда фашистские комиссары грубо ворвались в помещение Немецкогопромышленного союза и, ссылаясь на массы, которые якобы были готовы перейти кнасильственным действиям, потребовали от руководства, чтобы промышленный союзвыступил с официальной поддержкой фашистской идеологии. Желая оттянуть этотмомент, Крупп оставался на посту председателя немецкого промышленного союза доконца 1934 года.
Являясь представителем немецкой промышленности Крупп фонБолен исполнял обязанности председателя Попечительского совета при фонде АдольфаГитлера. Занимаясь перечислением средств в виде специального налога, этот советизбавлял промышленные предприятия от всех других притязаний со стороны правящейпартии. О нежелании Круппа ставить себя лично и промышленность в зависимость отпартии, свидетельствуют его усилия ввести в состав дирекции Акционерногообщества Фридрих Крупп Герделера, обербургомистра Лейпцига, одного изруководителей движения Сопротивления.
Приобретая в 1938 году в Берндорфе(Австрия) большинство акций берндорфского завода металлических изделий “АртурКрупп. Акционерное общество” , Крупп тем самым перестал придерживаться своегопринципа заниматься только тем, что имеет непосредственное отношение кпроизводству в Эссене. Распад Дунайской монархии и потеря части австрийскойтерритории поставили Берндорф в критическое положение. Пытаясь спастись отразорения, проведя в 1928 и 1931 годах мероприятия по оздоровлению берндорфскогозавода, уставший и разочарованный Артур Крупп (умерший 21 апреля 1938 года)переезжает из Берндорфа в Вену. Ему не пришлось дожить до передачи его завода вэссенский концерн. В соответствии с его желанием председателем правленияберндорфского завода стал 28-летний Клаус фон Болен, младший брат Густава фонБолена.
Густав Крупп фон Болен оставался на посту председателяНаблюдательного совета Акционерного общества Фридрих Крупп, а в 1943 году ввозрасте 73 лет сложил с себя полномочия и полностью отошел от дел; последствиявоенных лет тяжело отразились на его физическом и моральном состоянии. Последниегоды он провел в своем поместье Блюнбах, где и скончался 16 января 1950 годапосле тяжелой болезни.

Последний из КрупповЗакат династии

Акционерное общество “Фридрих Крупп АО” в декабре 1943 годастало самостоятельной фирмой. Густав Крупп определенное время связывал своинадежды на продолжение фамильного дела с Клаусом фон Боленом, самым одаренным изего сыновей. Но судьба оказалась жестокой к этому человеку. Уйдя на фронтлетчиком, он погиб на Западном фронте в самом начале войны. 10 января 1940 годаего самолет разбился. В конце 1943 года Альфреду фон Болену было 36 лет, когдаон стал владельцем крупповского концерна; вместе с именем он взвалил на себягруз, который превосходил его силы (согласно изданному в 1906 году в Германииуказу о присвоении имен, родовое имя передавалось только владельцу фирмы).
Вюности он без всякого удовольствия изучал металлургию в технических институтахМюнхена и Аахена; будучи уже дипломированным инженером, он дополнительно окончилпрактический курс по ведению банковского учета при Дрезденском банке. В 1936году он стал заместителем директора Акционерного общества Фридрих Крупп, а в1938 году - членом его директората. Позднее в своем выступлении на Нюрнбергскомпроцессе он скажет, что не чувствовал себя специалистом ни в одной из этихобластей.
В течение военных лет (1943 - 1945) его деятельность в качествепредпринимателя строго регламентировалась. Любому наблюдателю было ясно, чтоГермания вела безнадежную войну с противником, превосходящим ее на суше, на мореи в воздухе. Все крупповские заводы не были защищены от бомбовых ударов своздуха. 11 апреля 1945 года Альфред Крупп был арестован американцами на виллеХюгель.
О Нюрнбергском крупповском процессе, на котором победители привлекалик ответственности побежденных, сегодня предпочитают не вспоминать. В течениевосьми послевоенных лет, с 1945 по 1953, Альфред Крупп был лишен права ивозможности оказывать хоть какое-то влияние на свое производство. ПриговорНюрнбергского суда в конце января 1951 года был пересмотрен Верховнымамериканским комиссаром Мак Клоем, и Крупп был освобожден от выполненияналоженных на него санкций. После трудных переговоров, которые велисьдиректорами Круппа, представлявшими его интересы, было заключено Мелемерскоесоглашение, по которому он снова становился хозяином на своем предприятии, хотяи с определенными ограничениями, касающимися финансовых отчислений. Союзникисанкционировали его деятельность в областях капиталовложения, переработки иторговли.
От участия в горной промышленности (добыча ископаемых иметаллургия) фирма, которая с 1951 года начала снова работать с прибылью, должнабыла отказаться. Альфред Крупп упорно сопротивлялся лишению его права работать вгорной промышленности; адвокаты стремились помочь ему найти более удачноерешение этого вопроса. Находясь в дирекции Акционерного общества, Крупп былответственным за “продажу военных материалов” и все горное дело.
Иззаключения, к которому он был приговорен в Нюрнберге, он вернулся в состояниисильной апатии. Сначала он ежедневно приходил в Главное управление заводамиКруппа, но его уверенность в своих силах была подорвана и в таком моральномсостоянии он не мог отвечать требованиям действующего производства. Круппзамкнулся в себе, стал много путешествовать, а руководство фирмой передалглавному уполномоченному Бертольду Бейтцу, который 1 ноября 1953 года занял егопост. Еще весной 1953 года он обращался к сотрудникам в духе прадеда, деда иотца: “Все мы, работающие у Круппа, не признаем принципа единовластия главногодиректора (кстати сказать, доверенное лицо и представитель директората заводовКруппа теперь больше не причислялся к тем, кого называют primus inter pares(“первый среди равных” - лат.). Вскоре после этого он передал все свои права иполномочия в объеме, намного превышающем тот, которым мог пользоваться любойгенеральный директор на Рейне или в Руре.
Альфред Крупп понимал, чтоориентация на единовластие, существовавшая в семье Круппов до сих пор, должнабыть изменена. В 60-е годы по соглашению с семьей он определил в своем завещаниибудущую структуру своей фирмы. Кроме единого наследника для его состояния,находившегося в фирме “Фридрих Крупп”, он назначал закрепленное завещаниемправомочное учреждение, которое должно было сохранить единство предприятия, адоходы от него направлять на научно-филантропические цели.
Он умер 30 июля1967 года. Выступивший на траурной церемонии Хейнц Кюн, премьер-министр землиНордхейн-Вестфален, сказал: “С его смертью прервалась связь, которая объединялаЛичность и Дело пяти поколений на протяжении полутора сотен лет”.

Семейное дело Круппов угасло. Имя и по сей день живет в названиифирмы как символ предпринимательства и индустриальной мощи Рура.